Штрихи к портрету - Театр-лаборатория "Квадрат"

Штрихи к портрету

Друзья!

Как символично в жизни всё получается: человек, стоявший у истоков образования нашего театра, открывает своим днём рождения новый поздравительный 2025 год!

Сегодня отмечает день рождения самый загадочный и невидимый простому зрителю Человек, актёрская сила воздействия которого ошеломляет и удивляет, именно она мгновенно погружает всех присутствующих в атмосферу спектакля и уносит по волнам замысла режиссера. 

Талант этого человека многогранен: стихи, исполнительское искусство, полиглотство, кулинарные изыски….

Сегодня принимает поздравления наш дорогой Друг, золотой Голос, неутомимый Мозг, волшебные Ручки театра, без которого не обходится ни один крупнейший проект, один из главных вдохновителей, скромно и надёжно стоящий в тылу творческих процессов,

 Николай Кукарников!

Новых творческих высот, к которым устремляется Ваша горящая Душа, и светлого Пути во благо!

Ваш Театр

КВ: Юлиана Вячеславовна говорит, что если за кадром звучит Ваш Голос, то это будет удачный спектакль. А что Вы считаете счастливым билетом для себя?

НК: По настоящему важным для себя я вижу вызовы и трудности, которые необходимо преодолевать. Вот в преодолении и осмыслении нового, доселе неизведанного и заключаются моменты счастья. Семья – это вообще самый большой смысл для меня, отсюда счастливые билеты – это радость и достижения всех её членов.

КВ: Задумывались ли вы, какое впечатление оказываете на людей, когда творите: поёте, читаете, сочиняете стихотворения?

НК: Хотел бы сначала уточнить, всё-таки творения, на мой взгляд, это весомее и зримее, чем то, как я при случае, могу себя выразить. Что до ответа, то я его сформулирую следующим образом. Безусловно, я понимаю, что у всего, о чём идёт речь в вопросе, есть своя аудитория, то есть – это заранее настроенные и подготовленные к восприятию люди. Далее, каждый из них найдёт что-то своё, будь то смыслы или тембр голоса и мелодию. А вот ориентируюсь ли я на слушателя или читателя, ответ простой «нет», в случае стихов или песен. Это мои мысли и рассуждения, это моя позиция, это как скелет невозможно подстроить под личные вкусы рентгенолога. При озвучании в спектаклях всё ещё проще, я выполняю задачу режиссёра.

КВ: Какие театральные традиции есть в вашей Семье?

НК: Семья наша, как и всякая семья живёт, конечно, по тем же канонам, как и миллионы прочих. Единственное, что нужды, чаяния, радости и победы театра и каждого актёра у нас воспринимаются как личные. Да, ещё мы читаем пьесы, обсуждаем драматургию и литературу во всех общих точках и противоречиях.

КВ: Вы пишете удивительные стихи. Что помогает их рождению? Что вдохновляет?

НК: Благодарю за нескромную оценку, будем думать, что это так! Я вообще не знаком с понятием вдохновения как его принято понимать, когда нечто озаряет и заставляет лить вязь чернил на бумагу. Мои строки появляются исключительно в те моменты, когда мне есть что сказать или я хочу зафиксировать какую-то мысль, какую-то задачу. Если так можно сказать, подавляющее число стихов написано не сердцем, но умом. 

КВ: Вы очень много читаете разнообразной классической литературы, философских трудов, что достаточно редко в наше время.  А помните, какое литературное произведение оказало на вас колоссальное впечатление, перевернуло сознание?

НК: Первая книга, которая перевернула моё сознание – это был учебник по анатомии и с тех пор как-то всё пошло и поехало. Что до литературы, то самое большое эмоциональное впечатление на меня произвёл «Пегий пёс, бегущий краем моря» Чингиза Айтматова. Большой вклад в моё мироощущение внесли работы Юрия Михайловича Лотмана, Мераба Мамардашвили, Алексея Фёдоровича Лосева, великих стоиков, отца Павла Флоренского, Карла Маркса.

Из последнего могу отметить «Хрупкое равновесие» Рохинтона Мистри.

Из кладовой Николая Кукарникова:

«Ода Жизни»

Пусть все будет на земле:

Расставания, разлуки

И следы в густой траве

И заломанные руки.

Пусть цветут здесь все цветы:

Лилии, чертополох,

Пусть мертвецкий сон, мечты,

И ни тот, ни тот не плох.

Пусть сменяют ночи дни,

Зимы вёсны, осень лето,

Будут струганы гробы

И в роддоме много света.

Пусть в мошне то так, то сяк,

Пусто, густо, понемногу.

В дом войдёт Мельмот босяк,

Фантазер найдёт дорогу.

Пусть бурлят и пенят волны,

Иссыхают русла, чресла.

Выжжены сердца и полны,

Пусть мандаты будут, кресла.

Пусть звучат громы симфоний,

Рог пастуший, трень гитарный.

Сумки из кишки питоньей,

И с дырой носок непарный.

Пусть чудит бедняга гений,

Праздный люд смердит, гогочет,

Да многоголосых пений,

Вволю всем, кто их так хочет.

Пусть во лжи живут и сраме,

Пусть святошам будет место

И предательству и славе

Никогда не будет тесно.

Пусть объявлены иконы,

Лица в розыск на морозе,

Пусты речи, сладки звоны,

Павшим лошадям по розе.

Пусть стремленья ввысь несутся

Пусть стяжательства и злоба,

Гимны пусть произнесутся

И наушничества слово.

Пусть за вдохом выдох будет,

За рожденьем вырожденье,

Пусть все это просто будет,

Каждому по наслажденью.